В статье рассматриваются современные политические процессы в рамках концепций, сосредоточивающих внимание на формировании индивидуальной и коллективной идентичностей, сознательного или бессознательного, выраженного в концентрированной форме, соотнесения себя с теми или иными социальными группами на основании различных критериев. В рамках теоретических подходов Ф. Фукиямы, Дж. Голдстоуна и А. Хокшилд автор рассматривает эмоциональную составляющую процесса групповой идентификации и ее значение для самоопределения. Анализ собранных в течение последних шести лет эмпирических данных (наблюдения и интервью) о властных коалициях и протестных сообществах в сибирских городах позволяет сделать предварительный вывод о формировании нового типа политической идентичности. Характерными чертами последней являются усиление акцента на индивидуальных и коллективных эмоциональных переживаниях, превалирующих над традиционными классовыми, этническими и территориальными требованиями и целями, фокусировка на эмпатии, а не на гневе, поиск союзников по чувствам, а не интересам. В течение ближайших лет закономерно произойдет смена политических поколений, а так как новое поколение формировалось в принципиально иных условиях, получило иную социализацию, чем его предшественники, возможна очередная серьезная трансформация социальных и политических институтов.
In the article are considered questions of modern political processes within the framework of concepts that focus on the formation of individual and collective identity, conscious or unconscious, expressed in concentrated form, correlation themselves to certain social groups on the basis of different criteria. Within the theoretical approaches of F. Fukiyama, J. Gold-stone, and A. Hockshild, the author examines the emotional component of the group identification process and its significance for self-determination. The analysis of empirical data (observations and interviews) collected over the past six years on power coalitions and protest communities in Siberian cities leads to a preliminary conclusion about the formation of a new type of political identity. Its characteristic features are an increased emphasis on individual and collective emotional experiences that take precedence over traditional class, ethnic and territorial demands and goals, a focus on empathy rather than anger, a search for allies by feeling, not the interests. In the coming years, political generations will change by naturally and since the new generation was formed in fundamentally different conditions, got a different socialization than their predecessors, another serious transformation of social and political institutions is possible.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.